Мне кажется, в его ответе смешаны
описание,
объяснение и
нормативное утверждение.
Вот как я это читаю.
Он начинает с наблюдения:
«Перед родителями как-то стыдно, что тебя сделали родители.»
Это действительно интересный феномен. Многие люди испытывают неловкость при мысли о сексуальной жизни своих родителей, хотя прекрасно понимают, что иначе их бы не существовало. Психологи обычно объясняют это не тем, что секс объективно стыден, а сочетанием нескольких факторов:
- родители долго воспринимаются как фигуры заботы, а не сексуальные партнеры;
- есть сильная культурная норма разделять роли «родитель» и «сексуальный человек»;
- существует почти универсальное культурное табу на инцест, которое может делать любые мысли о родительской сексуальности эмоционально неприятными, даже если они не имеют отношения к собственным желаниям.
То есть сам феномен реален. Но из него еще не следует вывод, который делает собеседник.
Дальше он говорит:
«Гениталии отличаются тем, что они стыдные.»
Вот здесь происходит подмена.
Это можно понимать двумя способами.
Описательный смысл:
«В моей культуре гениталии считаются стыдными.»
Это эмпирическое утверждение. Его можно обсуждать, сравнивать культуры, смотреть историю.
Нормативный смысл:
«Гениталии стыдны по своей природе.»
Это уже философское утверждение. Для него недостаточно просто сослаться на распространенность чувства стыда.
Затем появляется самая сильная фраза:
«Это аксиома. Никакая деконструкция не деконструирует.»
Вот здесь, на мой взгляд, аргумент заканчивается и начинается мировоззрение.
Когда человек говорит:
он фактически выводит утверждение из области проверки.
Но тогда возникает естественный вопрос:
Почему именно эта аксиома?
В истории разные общества считали аксиомами очень разные вещи:
- что леворукость — позор;
- что менструация делает женщину «нечистой»;
- что показывать волосы неприлично;
- что нельзя показывать лицо;
- что нельзя показывать лодыжки.
Сегодня многие из этих норм в одних обществах исчезли, а в других сохранились. Сам факт существования устойчивой нормы не означает, что она не может изменяться или что ее невозможно анализировать.
Поэтому я не согласился бы с утверждением:
«Никакая деконструкция не деконструирует.»
Как раз социальные нормы очень часто становятся объектом анализа. Анализ не обязан их отменять, но он может показать,
как они возникли, как поддерживаются и почему кажутся самоочевидными.
Интересно и другое. В ответе твоего собеседника чувствуется мысль:
«Раз стыд настолько фундаментален, значит он отражает объективное свойство секса.»
Но возможна и другая интерпретация:
Чем раньше и эмоциональнее усваивается какая-то норма, тем более очевидной и "естественной" она кажется взрослому человеку.
Это касается не только сексуальности. Многие нормы этикета тоже переживаются как «просто так должно быть», хотя исторически они возникли в конкретных обществах.
Поэтому я бы сказал так: его ответ хорошо передает
субъективное переживание — для него стыд действительно ощущается как нечто первичное и не требующее объяснения. Но это само по себе не доказывает, что стыд является объективным свойством сексуальности. Альтернативная гипотеза — что стыд является очень глубоко усвоенной культурной и семейной эмоциональной реакцией, которая из-за своей ранней сформированности воспринимается как самоочевидная. Именно поэтому подобные нормы нередко кажутся людям «аксиомами», хотя их содержание заметно различается между культурами и историческими эпохами.
