дверь в лето

[Борис]

Не отправили, христиан ещё не было!
Отправили евреи, хотя и не все!

Я про то что именно так и должно было закончиться или начаться - искупительной жертвой на кресте, столбе.
Глазами так сказать христианина.

Если я правильно понимаю, им предложили выбор, кого помиловать!
И толпа прокричала имя разбойника, возможно аналога Робин Гуда!
Потому, что философа мало кто понял!
Понял Пилат, но не решился спасти Иешуа!

Нет, там не так было. Там есть рассуждения о толпе. Что толпа ничего не решает. Толпа это толпа. Не толпа решила кого помиловать а кого казнить.

 

[Борис]

Нет, наоборот, и Воланд творит добро!
В другом там, мне кажется, суть!

"...так кто ж ты, наконец?
- Я - часть той силы, что вечно хочет зла и вечно совершает благо" (с)
Гете "Фауст"
Это из окончательной редакции МиМ.
Так скажем даже если Воланд и творит добро, то он этого не хочет.🙂
Пока не ясно. Надеюсь дальше будет виднее.

 

[Борис]

Мне кажется, что в это верят все!
Просто на разное могут возлагать надежды!

Не раз слышал от христиан - все люди во что-то верят, даже атеисты типа🙂
Согласен, что атеисты верят в справедливость. Что она есть эта справедливость.
В общем это такое форумное что пипец пипецкий🙂
Форумное как в хорошем смысле так и в плохом смысле вероятно.🙂

 

[Борис]

Вновь настало молчание.
— За тобой записывать? — тяжелым голосом спросил Пилат.
— А ходит он с записной книжкой и пишет,— заговорил Иешуа,— этот симпатичный... Каждое слово заносит в книжку… А я однажды заглянул и прямо ужаснулся… Ничего подобного, прямо. Я ему говорю, сожги, пожалуйста, ты эту книжку, а он вырвал ее и убежал.

...симпатичный человек.🙂
"Евангелие от Воланда" ранняя версия романа.

 

[Борис]

— Левий симпатичный? — спросил Пилат, исподлобья глядя на арестованного.
— Чрезвычайно,— ответил тот,— только с самого утра смотрит в рот: как только я слово произнесу — он запишет.

... симпатичный.

 

[Борис]

— А скажи-ка мне: кто еще симпатичный? Марк симпатичный?
— Очень,— убежденно сказал арестованный.— Только он нервный…
— Марк нервный? — спросил Пилат, страдальчески озираясь.
— При Идиставизо его как ударил германец, и у него повредилась голова…
Пилат вздрогнул.
— Ты где же встречал Марка раньше?
— А я его нигде не встречал.

... симпатичный.

 

[Борис]

Пилат немного изменился в лице.
— Стой,— сказал он.— Несимпатичные люди есть на свете?
— Нету,— сказал убежденно арестованный,— буквально ни одного…

...🙂

 

[Борис]

— Сукин сын! Что ты наделал?! Ты… вы… когда-нибудь произносили слова неправды?
— Нет,— испуганно ответил Иешуа.

...

 

[Борис]

— Вы… ты…— Пилат шипел и тряс арестанта так, что кудрявые волосы прыгали у него на голове.
— Но, бог мой, в двадцать пять лет такое легкомыслие! Да как же можно было? Да разве по его морде вы не видели, кто это такой? Хотя…— Пилат отскочил от Иешуа и отчаянно схватился за голову.— Я понимаю: для вас все это неубедительно. Иуда из Кариот симпатичный, да? — спросил Пилат, и глаза его загорелись по-волчьи.— Симпатичный? — с горьким злорадством повторил он.

...

 

[Борис]

Печаль заволокла лицо Иешуа, как облако солнце.
— Это ужасно, прямо ужас… какую беду себе наделал Искариот. Он очень милый мальчик… А женщина… А вечером!..
— О, дурак! Дурак! Дурак! — командным голосом закричал Пилат и вдруг заметался как пойманный в тенета. Он то попадал в золотой палящий столб, падавший из потолочного окна, то исчезал в тени. Испуганные ласточки шуршали в портике, покрикивали: «Искариот, Искариот»…

... Иуда Искариот.