Поехали в общежитие колледжа, где восемнадцатилетний студиозус ненормально себя вёл, находясь в состоянии опьянения. Причём опьянился он вроде как не алкоголем, а чем-то более интересным.
В эту общагу мы не впервой приезжаем и каждый наш визит проходит по однотипному сценарию. Пожилые вахтёрша с воспитательницей, кудахчут как квочки, рассказывая очередной ужастик.
– Он то ли наколотый, то ли накуренный, к девчонкам в комнату ворвался, чуть не изнасиловал! Со Светки шорты стащил… – прокудахтала воспитатель.
– Так надо было полицию или охрану вызывать! – сказал я. – Мы-то здесь при чём?
– Ой, да вы что, он же ненормальный, у него психоз! Он мальчишка хороший, тихий, никогда раньше такого не было! Они приедут изобьют, да ещё и посадят! Нет, его надо в больницу!
– Где он сейчас?
– Так и сидит у девчонок в комнате, притих, не знаю, жив ли.
– А девчонки где? С ним?
– Нет, они в другой комнате, а он один.
Дверь была незапертой, мы аккуратно вошли и… Нет, нельзя сказать, что мы прям-таки остолбенели, но увиденное было, скажем так, не совсем обычным. Щуплый невысокий парнишка стоял на коленях перед кроватью и глядя в лежащий на ней смартфон, увлечённо занимался рукотворным …ексом.
– Ну как дела? Всё по плану? – деликатно поинтересовался я.
– А? Чё? Чё? Чё такое? Не стреляйте, не надо! Не надо ОМОН, пожалуйста! Уберите! – плюхнувшись на попу, в ужасе заголосил он.
– Тихо, Маша, я – Дубровский, – сказал я, но поколению ЕГЭ этого уже не понять. – Мы – «скорая помощь». Чего употребил?
– Ничего, клянусь, никогда не пробовал! А вы не ОМОН? – заюлил он.
– Не <звезди>, а то пытать начнём! – пригрозил Герман настолько убедительно, что даже я поверил.
– Не надо, пожалуйста, не надо! – заверещал болезный.
– Курил, колол, ел, нюхал? – спросил Виталий.
– Нет-нет, я не наркоман! Ну чем вам поклясться? – парень вытаращил глаза, пытаясь сделать их честными.
– Вставай, мамина радость! Поедем лечиться! – скомандовал Герман.
Противодействия болезный не оказывал, пошёл в машину и поехал в стационар как миленький. Вполне вероятно, что употребил он «соль», то есть альфа-пвп. А судя по ярко выраженной, гротескной параноидности, эту дрянь он не впервые попробовал. Но, как бы то ни было, информацию мы передали в полицию.
