Зима. Граница Казахстана и России. Казахстанская трасса. Если этот кусок грейдера с огромными рытвинами можно назвать трассой. Полное ощущение, что дорогу бомбили, и очень успешно. Так вот, в середине зимы этот участок дороги заметает и очень успешно, переметы бывают и по триста и по двести метров. Становится народной забавой выносить машину из сугробов. В этот день мы ехали на смену. Денек был удачный. Морозец около 20 градусов. Солнышко светит. И пронзительно синее небо. Ночной буран закончился, свежий снег искрится так, что смотреть на него просто невозможно и ехать на службу тоже невозможно. А надо. Парни свои сутки отстояли, и менять их надо. Перемет был всего один, но длинный, 5-7 километров. По всей дороге растянулись ночью застрявшие и теперь полузаметенные машины. Причем, колонна машин постоянно увеличивалась. За нами прибывали следующие, с той стороны, вероятно, тоже народ напирал. Кто-то сидел непосредственно в перемете. Ситуация понятна. Копать можно, но до следующего бурана. На дорожные службы надежды никакой. Потому что в 1999 году дорожные службы Казахстана состояли из начальника, сторожа и уборщицы. Все снегоочистительные машины были или разобраны или успешно приватизированы. Но выход - он же всегда есть. Тут сбоку трассы деревня, бегом туда. К дому водителя трактора С-300, дорога набита. Мужик сговорчивый. Надо, значит надо. Но весь урожай мой. Поясняю: машина милиции, таможни, скорой помощи и другой братии, сидящей в сугробе, вытаскиваются бесплатно, с остальных прошу: КамАз и аналог - 200 рублей, ГАЗель - 100, легковушки по 50. Сговорились. Дорогу пробили. Вся колонна едет за трактором, попутно вытаскивая и вытягивая заметенных ночью. Все, перемет пройден. Служебная машина у нас «Нива», ставим на выезде из перемета, и каждый выезжающий кидает деньги в шапку тракториста. Все по-честному. Последний в колонне Ниссан-Патрол. Хозяин, местный наш бизнесмен-приватизатор Саша Мурзиков, раскинув руки и пальцы орет, что если бы не этот трактор, он бы и по целине проехал. И по сугробам, а так как чистить он не просил, то и, соответственно, платить не будет. И с него достаточно того, что он на джип потратился. Старший наш попытался ему внушить, что на солярку трактористу - еще ж 2 месяца зимы. И ездить мы тут будем, тем более, ты же наш, местный, да и надо всего 50 рублей. Ответ был прост: «За 50 рублей я воробья в поле загоняю!» Да ну, хрен с тобой, плюнул тракторист. Не обеднею. Сдал назад и освободил дорогу. Вся колонна медленно доползла до таможни, пока смена менялась, проезда никому нету, все ждут. Положено так. И оказывается, в метель эту попал наш начальник поста. В годах уже такой дядечка. Справедливый. Ну и рассказали мы ему про неплательщика, тем более, что он с ним в приятельских отношениях был. Командир вышел на крыльцо. Зажмурившись, постоял и двинул к своей машине. А к нему уже летит предприниматель наш. С полупретензией: «Ты прикинь, Петрович, твои гаврики пытались с МЕНЯ деньги стрясти». А народу много скопилось, и как-то это слишком громко все получилось. Командир наш головой потряс, хмыкнул и у Саши спрашивает: «А что, Саш, вот жалко тебе было полтинник колхознику отвалить?» И голос такой сладенький. Он перед огромной каверзой обычно таким тоном и голосом разговаривает. А Саша ему в ответ опять про то, как он за полтинник воробья вот в этом поле и загоняет. Начальник наш постоял, постоял, заулыбался, достает из нагрудного кармана портмоне, полтинник вытаскивает и протягивает Саше: «Санек, - говорит, - возьми денежку, погоняй мне тут воробушков, развлеки старика! Тем более, дальше тоже перемет будет, может, тебе этот полтинник и не лишним будет».
