Поскольку в моей ленте много разговоров об авторском праве и пиратстве, вот немного моих собственных размышлений. Как человек, выросший в американской западной культуре до 22 лет, а затем переехавший в Японию и проживший здесь 25 лет, я чувствую, что могу понять точки зрения обеих сторон этого спора, и в то же время чувствую обе эти точки зрения в себе. Получится длинно, но, пожалуйста, наберитесь терпения.
Чтобы прояснить принципиальные различия в предпосылках, следует отметить, что на Западе базовым принципом является «промышленное правило», согласно которому произведения, защищенные авторским правом, в конечном итоге переходят в общественное достояние (принадлежат всем), позволяя любому свободно использовать их впоследствии. В отличие от этого, в Японии акцент делается на правах автора, при этом право на сохранение целостности произведения ставится превыше всего, исходя из «достоинства создателя». Западная концепция «авторского права» была введена одновременно с распространением печатного дела как промышленное регулирование. Это было решением таких бизнес-задач, как «как защитить инвестиции от издателей и тому подобных». Истоки этой концепции лежат в предоставлении авторам возможности передавать права на воспроизведение (авторское право) на ограниченный период времени для гарантирования выплат заинтересованным сторонам. Важно отметить, что это «ограниченный по времени» период, то есть произведение в конечном итоге принадлежит общественности. С другой стороны, анализ японского термина «著作権» (chōsakuken) — «авторское право» — показывает, что он даже не включает в себя понятие «копия». Более уместным будет перевод этого термина как «авторские права». В этой системе, даже если вы «владеете» копией произведения, изменение или использование его способами, не предусмотренными автором, морально недопустимо. Это моральное право (моральные права автора) рассматривается как нечто, что следует уважать полупостоянно, даже после смерти автора. На Западе, если вы покупаете машину, вы можете покрасить её в розовый цвет, и производитель не имеет права голоса — такова логика «собственности». Возможно, вы удивите западных людей, сказав это, но в Японии даже владение произведением не даёт вам «права искажать замысел автора» — таков культурный консенсус. Конечно, это не означает, что перекраска автомобиля в Японии «незаконна». Просто это часто рассматривается как «странное поведение, противоречащее желаниям создателя». Когда я в Америке, я еду по правой полосе и думаю в градусах Фаренгейта или в футах. В таком режиме, даже если произведения Disney или Warner считаются пиратскими копиями, это не сильно меня расстраивает. Но в Японии моя «операционная система» переключается. Честно говоря, в этом споре я чувствую себя «двойственной личностью». Глядя на дискуссии о так называемых «утерянных носителях» или пиратских копиях, моя западная половина думает: «Сканирование и распространение 30-летнего руководства по стратегии Rockman's, которое больше нигде не продается, — это вклад в историю. Никто не несет финансовых потерь, и старые промышленные нормы не должны препятствовать культуре или сохранению». Таким образом, логика такова: создание собственной копии чего-то, что не продается в вашем регионе, может вызвать юридические проблемы, но поскольку «реального вреда нет», это не кажется этически проблематичным. С японской точки зрения, я прекрасно понимаю, как это может звучать как просто «эгоистичные оправдания».«Но это проистекает из фундаментальной западной «предпосылки» о том, что «защищенные авторским правом произведения в конечном итоге станут всеобщими» — и столь же обоснованным является аргумент, который может увидеть только другая сторона. С западной точки зрения, авторское право — это «общественный договор между гражданами», но для Японии оно может быть ближе к «святилищу». В Японии каждое творение пронизано душой создателя, и авторы рассматриваются почти как «боги». Естественно, что бог устанавливает правила для мира, который он создал. Вот почему несанкционированные изменения или распространение — это не просто нарушение правил, это воспринимается как «богохульство» против создателя. На самом деле, моя японская половина, глядя на отсканированное руководство по стратегии, думает: «Автор не давал разрешения. Оцифровка произведения, наполненного душой, без его согласия оскорбляет его достоинство». «Дело не в деньгах — дело в уважении к создателю». Если у западных людей есть свои моральные взгляды или правила рынка, я могу это понять. Но, пожалуйста, не применяйте эту логику напрямую к японским произведениям. И воздержитесь от поведения, будто вы «морально превосходите» их. Эти различия проявляются и на рынках проката между Японией и США. В Америке действует принцип, согласно которому после продажи продукт выходит из-под контроля производителя, но Япония признает «право на прокат» автора. Различие между «только для продажи» и «только для проката» на DVD, или отсутствие проката игрового программного обеспечения в Японии — это результаты уникальной японской логики защиты прав создателей и ценности произведений. То же самое относится и к искусственному интеллекту. Запад движется к модели полезности, в то время как Япония укрепляет этическую модель, которая рассматривает его как угрозу личному достоинству.И воздержитесь от поведения, будто вы «морально превосходите других». Эти различия проявляются и на рынках проката между Японией и США. В Америке действует принцип, согласно которому после продажи продукт выходит из-под контроля производителя, тогда как Япония признает «право на прокат» автора. Различие между «только для продажи» и «только для проката» на DVD, или отсутствие проката игрового программного обеспечения в Японии — это результат уникальной японской логики защиты прав создателей и ценности произведений. То же самое относится и к искусственному интеллекту. Запад движется к модели полезности, в то время как Япония укрепляет этическую модель, которая рассматривает его как угрозу личному достоинству.И воздержитесь от поведения, будто вы «морально превосходите других». Эти различия проявляются и на рынках проката между Японией и США. В Америке действует принцип, согласно которому после продажи продукт выходит из-под контроля производителя, тогда как Япония признает «право на прокат» автора. Различие между «только для продажи» и «только для проката» на DVD, или отсутствие проката игрового программного обеспечения в Японии — это результат уникальной японской логики защиты прав создателей и ценности произведений. То же самое относится и к искусственному интеллекту. Запад движется к модели полезности, в то время как Япония укрепляет этическую модель, которая рассматривает его как угрозу личному достоинству.
Хотя текст получился длинным, можно сказать, что Западу следует проявлять больше уважения к «душе» создателей, а Японии, возможно, нужно занять более гибкую позицию в отношении «трансформативного использования» и инноваций. Однако платформы социальных сетей презирают такие «нюансы». Они заставляют вас выбрать сторону и присоединиться к той или иной команде, но я никогда не смог бы выбрать только одну, не изменив при этом половине своего жизненного опыта. Тем не менее, всякий раз, когда вы видите разгорающуюся дискуссию, помните, что это не просто вопрос различных интерпретаций закона. Это столкновение двух принципиально разных определений: «Что такое создатель?» и «Что означает собственность?» Пока мы не признаем реальность, где одна сторона говорит об «экономике», а другая — об «идентичности», этот вопрос не будет решен. Пока мы не переведем «ценности», лежащие в основе этих слов, мы просто будем кричать друг на друга, как на призраков. Спасибо, что дочитали до конца.
Добавлю еще кое-что, что пришло мне в голову позже. В конце концов, это может быть просто вопрос «богохульства». Недавно ранние работы о Микки Маусе перешли в общественное достояние. В ответ на это на Западе появилась волна экстремальных произведений ужасов, где Микки размахивает бензопилой и устраивает бесчинства. С западной точки зрения, это «юридическое освобождение» — «культурная свобода», которую создатели заслужили, получив достаточную прибыль. Но в Японии такое поведение практически не рассматривается. Независимо от того, истек ли срок действия закона или нет, это все равно «богохульство». В Японии каждое созданное произведение пронизано душой создателя, и авторы считаются почти «богами». Естественно, что бог устанавливает правила для мира, который он создал, и нарушение этих правил равносильно «неуважению». Для Запада авторское право — это «общественный договор» между гражданами. Для Японии это скорее кодекс (норма) для защиты «святилища». Вот почему западная логика «если это юридически допустимо, то всё дозволено — если это не причиняет реального вреда» воспринимается японцами не просто как «грубость», а как болезненное нарушение, сродни посягательству на веру. Вы можете спросить: «А как же тогда культура додзин (фанатского творчества) в Японии?» Там, вне законов и бизнеса, существует уникальная японская связь «привязанности» и «любви». Существует негласное понимание того, что фанаты играют в саду создателя (бога) с «уважением и нежностью», и создатели молчаливо позволяют это из милосердия, думая: «Если им это так важно». Конечно, если создатель прямо запрещает деятельность в жанре додзин, это будет принято. Более того, вспомните «правила» или «периоды эмбарго на спойлеры», которые устанавливают японские создатели и компании. С точки зрения западного мировоззрения, основанного на правах человека, это может показаться: «Я это купил, поэтому могу делать всё, что захочу». Но в Японии существует общее мнение, что «если создатель говорит НЕТ, значит, таково правило». Конечно, в Японии есть и нарушители правил. Однако ключевое различие заключается в том, что даже те, кто нарушает правила, испытывают чувство вины. Именно поэтому они почти никогда не заявляют об этом открыто на публике. Разница между «Создатель сказал НЕТ, но я сделаю это тайком» и «Создатель сказал НЕТ, но у меня есть право это сделать, поэтому я сделаю это открыто» колоссальна с точки зрения того, как это воспринимается сообществом. Последнее — «заявление об этом как о праве» — в японском контексте воспринимается как откровенное «неуважение» к создателю.
Если после прочтения моего поста у вас возникло ощущение, что я занимаю чью-то сторону, пожалуйста, перечитайте его с самого начала. Этот текст был написан именно так, чтобы не занимать чью-либо сторону. Twitter всегда подталкивает к тому, чтобы присоединиться к той или иной команде, но я ясно написал, что не могу выбрать ни одну из них, не предав при этом свои собственные взгляды. Я не пытался дать правильный ответ, а просто объяснил истинную природу разногласий между двумя сторонами с нескольких точек зрения, как я их вижу.
