"В Древнем Риме существовали игры, в которых на кону стояли деньги, честь или просто хорошее настроение. А была игра, в которой на кону могла оказаться жизнь.
Её называли basilinda — «царская игра». Эта игра имела греческие корни. Само название звучит почти безобидно. На деле за ним скрывалось одно из самых мрачных развлечений античного мира.
В простейшем варианте всё начиналось с жребия. Кости определяли, кто сегодня будет царём. И это не метафора: выбранному человеку действительно позволяли командовать окружающими. Его распоряжения исполняли, ему подыгрывали, надевали на него подобие царских одежд.
Римский историк Тацит
сообщает, что во время Сатурналий молодые люди «бросали жребий на царство» и однажды жребий выпал Нерону. Тот стал раздавать товарищам приказы. Для Тацита это просто одна из сцен праздничного веселья.
Светоний в книге «Жизнь двенадцати цезарей» также
упоминает эту игру в связи с Нероном.
Но существовала и гораздо более жестокая разновидность этой игры.
Согласно одной из
реконструкций, связанной с basilinda, римские солдаты
могли превращать приговорённого в живую фигуру на
игровой доске. Бросали кости.
Человек
переходил от клетки к клетке — и каждая новая остановка могла означать очередное унижение.
- На одной его могли ударить.
- На другой — заставить солдат преклонить перед ним колени, изображая почтение.
- На следующей — облачить в царские одежды.
- Ещё на одной — надеть на голову подобие короны, иногда трактуемое как терновый венец.
- А где-то впереди ждала последняя клетка, после которой игра заканчивалась уже не на доске.
Эта реконструкция особенно известна потому, что она
удивительно напоминает сцену, описанную в Евангелиях перед распятием Иисуса. Римские солдаты надевают на него багряницу, возлагают на голову терновый венец, дают трость как пародию на скипетр и становятся перед ним на колени, насмехаясь:
«Радуйся, Царь Иудейский».
Нельзя утверждать, что Иисус наверняка оказался участником именно basilinda: прямого свидетельства этому нет. Но сходство с описанной царской игрой настолько разительно, что такая интерпретация существует давно.
И здесь самое любопытное: «царская игра» не была чем-то совершенно чуждым римской культуре.
В похожую игру играли и в Сатурналии. Сатурналии сами по себе были праздником перевёрнутого мира. На несколько дней привычная иерархия становилась условностью. Рабы получали свободу, господа могли прислуживать им, люди предавались азартным играм и пиршествам. А среди этих развлечений появлялся и временный царь.
Только иногда его царство длилось дольше одного вечера.
В одном из источников
описывается жуткий обычай — карнавал, который праздновали в лагере XI римского Клавдиева легиона, стоявшего в Дуросторе в Нижней Мезии (современная Силистра, Болгария), на Дунае. Карнавал был связан с зимним праздником — Сатурналиями.
За тридцать дней до Сатурналий легионеры бросали жребий и выбирали из своих сослуживцев «царя», который должен был играть роль Сатурна. Одетый в королевское одеяние и сопровождаемый своим телохранителем, он целых тридцать дней появляется на людях, чтобы вкусить все удовольствия, какими бы мерзкими и постыдными они ни были. Его наряжали как царя, вручали ему власть и целый месяц исполняли все его прихоти. Он пировал, повелевал, жил как бог. Его положение было практически идеальным.
Каменный пол с «Игрой в царя» в подвале монастыря «Ecce Homo».
Но, по правилам игры, правление «царя» Сатурналий заканчивается трагически: через тридцать дней, в праздник Сатурна (17 декабря) он приносит себя в жертву на алтаре бога, перерезая себе горло.
Отказ играть карался смертью. Мы знаем это по истории, которая произошла в 303 году нашей эры, когда
жребий пал на солдата по имени Дасий, который оказался тайным христианином.
Для него участие в ритуале означало не просто безобидную роль. Он должен был изображать языческого бога, жить в соответствии с языческим обрядом, а затем принести себя в жертву.
Прекрасно понимая, чего от него ждут, Дасий отказывается участвовать в ритуале. На следующий день его вызывают на суд к легату легиона Вассу. Тот, как ни странно, не упоминает об отказе, а лишь приказывает поклониться изображениям правящих императоров Диоклетиана и Максимиана. Затем Дасий исповедует свою христианскую веру; офицер пытается убедить его принести жертву перед изображениями правителей, но Дасий непоколебим.
История их встречи заканчивается еще одним показательным эпизодом: когда Дасий понимает, что его пытаются заставить совершить жертвоприношение, он разбрасывает благовония, сбрасывает изображения императоров и топчет их. После этого его ведут на казнь и 20 ноября того же года он умирает мученической смертью.
Святой мученик Дасий Доростольский.
История Дасия — сохранившееся свидетельство того, что игра не была выдумкой. Что люди действительно бросали кости, определяя, кому жить, а кому умереть. Что власть на тридцать дней была реальной, а после неё — такой же реальной была смерть.
***
Мы привыкли думать о Древнем Риме как о великой цивилизации — законы, дороги, акведуки, поэзия, философия. Но у этой цивилизации была и другая сторона, о которой мы предпочитаем не вспоминать.
Там, где кончались законы, начинались игры. Там, где кончалась поэзия, начиналась жестокость. Там, где кончалась философия, появлялась бездна. Бездна, в которую человек падает, когда перестаёт задавать вопросы. Когда перестаёт сомневаться. Когда соглашается быть не человеком, а фигурой на доске. И когда начинает видеть в других не людей, а фигуры.
И эта жестокость была нормой. Она не шокировала современников — ведь она была частью праздника, развлечения. Не столь страшно то, что люди убивали друг друга, как то, что они превращали убийство в игру. И играли в неё, не задумываясь, что на другом конце доски — человек."
...не в Игровой теме
🙂
yandex.ru
